Юрист рассказал, кто отвечает за преступления с искусственным интеллектом
Отсутствие у искусственного интеллекта юридического статуса не освобождает от ответственности за преступления с его участием, пояснил эксперт Бандар ар-Рувайли.
Главное
AIИсследователь и юридический консультант, стипендиат Саудовской ассоциации юристов Бандар ар-Рувайли заявил, что отсутствие у искусственного интеллекта юридической личности не означает отсутствия ответственности. По его словам, уголовная ответственность за преступления с использованием ИИ определяется в зависимости от роли каждого участника — будь то разработчик, оператор или пользователь системы.
Ар-Рувайли, член Центра исследований и исламских исследований имени короля Фейсала и специалист по международному праву, в эксклюзивном интервью отметил: сам по себе факт причинения вреда недостаточен для вынесения обвинения. Необходимо доказать совершение действия и наличие преступного умысла — то есть материальный и субъективный состав преступления, либо доказать наказуемую по закону небрежность, а также установить причинно-следственную связь между действием и результатом. Он добавил, что компания также может быть привлечена к уголовной ответственности, если это предусмотрено законом и соблюдены необходимые условия. При этом, по его словам, сам по себе факт разработки, владения или использования системы не влечёт уголовной ответственности.
В качестве примера он привёл случай, когда сотрудник использовал искусственный интеллект для имитации голоса директора компании и обмана бухгалтера с целью перевода денег на свой счёт. В этом случае, пояснил эксперт, сотрудник несёт ответственность за мошенничество при наличии всех его признаков. Разработчик программы не несёт ответственности только за сам факт создания, однако его причастность к преступлению или совершение других наказуемых действий должны быть отдельно доказаны.
Смарт-контракты под контролем закона
Говоря о смарт-контрактах, ар-Рувайли отметил, что система правосудия обеспечивает защиту прав сторон, распространяя на такие контракты общие правовые нормы, регулирующие действительность и исполнение договоров, а также предоставляя пострадавшим возможность обратиться в суд или к согласованному арбитражу для защиты своих интересов.
Он подчеркнул, что автоматическое исполнение контракта не гарантирует его юридическую корректность. В случае ошибки или нарушения можно требовать возврата средств или компенсации в зависимости от обстоятельств, даже если отменить операцию технически невозможно.
В качестве примера он привёл ситуацию, когда подрядчик и поставщик договорились о переводе оплаты за материалы автоматически после их поставки, однако система перевела деньги из-за ошибочного электронного сигнала, хотя поставки не было. В этом случае подрядчик имеет право требовать свои деньги через суд, поскольку автоматический перевод не подтверждает факт поставки и не даёт поставщику права на оплату.
Напомним, доктор Бандар ар-Рувайли имеет степень доктора в области международного арбитража и разрешения споров.
